Г.А. Лесина о Наталье Сорокиной

Наталья Тихоновна Сорокина принадлежит к тем художникам, чье дарование раскрывается с годами. «Для того, чтобы оправдать доверие, внушенное первыми работами, надо пополнить их произведениями зрелого возраста.., когда талант представляет собой подлинную силу». Эти слова Э. Делакруа можно по праву отнести к творчеству Сорокиной, работающей в искусстве уже больше тридцати лет. На ее первой персональной выставке в основном представлены полотна последнего десятилетия, в которых своеобразие живописи художника проявилось особенно ярко.

Н.Т. Сорокина родилась в 1918 году в Тифлисе. Юность провела в Москве. Ее отец Тихон Иванович Сорокин был писатель и журналист, искусствовед, собиратель икон для коллекции Третьяковской галереи, друг историка и теоретика искусства, литературоведа, переводчика А.Г. Габричевского. В их доме переживались все сложные духовные и художественные проблемы того времени. Сорокина начала рисовать в конце 30-х годов в студии при МОССХе у Аржанникова. В 1941 году держала экзамены и была принята в Мо¬сковский художественный институт. Училась с перерывами (в годы войны работала медсестрой в госпитале, была на трудовом фронте) с 1941 по 1949 год у И.И. Чекмазова и А.А. Осмеркина, которые отмечали ее способности. Самостоятельный творческий путь начался с попыток освободиться от псевдоакадемической тональной живописи. Ранних работ почти не сохранилось. В нескольких уцелевших пейзажах и жанрозых сценах уже чувствуются приметы будущего живописного языка: для тех лет непривычно повышенная свобода письма, активность цвета. Результатом стало исключение в 1953 году из МОСХа за «космополитизм», то есть обнаруженное чьим-то пристрастным взглядом влияние Ван Гога и Сезанна. Вместе с Боннаром, В. Борисовым-Мусатовым, П. Кузнецовым, М. Ларионовым, Б. Кустодиевым эти художники остаются любимыми Сорокиной и сейчас.

В 1958 году она была вновь принята в МОСХ. Из-за трудных житейских обстоятельств долго не удавалось заниматься живописью в полную силу. Одним из благоприятных событий, поддержавших ее, было знакомство в конце 50-х годов с творчеством Н.А. Удальцовой, а затем совместная работа с ней.

В течение двадцати лет Сорокина преподавала в заочном Народном университете искусств и в Московском полиграфическом институте.

В 1974 году у Натальи Тихоновны впервые появилась мастерская. По ее словам, это сразу дало толчок творчеству, так как первый раз представилась возможность все холсты натянуть на подрамники и увидеть их собранными вместе. Наступил новый этап активной работы в живописи. Сорокина чаще всего пишет с натуры. Ее воображение и память настолько верны натуре, что «сочиненные» работы сохраняют свежесть и непосредственность этюда, даже большие, заказные холсты. Для художника «прекрасное, данное природой, выше всех условностей искусства» (Курбе). Больше всего ее привлекает нестесненная в своем существовании живая природа, которую она воспринимает не как отдельные явления, но как целое — единую живописную стихию. Пишет не столько пейзажи, портреты, сколько саму красочную, насыщенную светом материю, из которой создан разнообразный природный мир. Художник выбирает различные мотивы — от величественных, посвященных природе Крыма до самых неприметных, например, угла деревенского двора, по которому разгуливают куры. Ее взгляд лишен предвзятости, в решениях нет схематизма. Полнокровной, пребывающей в движении натуре тесно в рамках — жанровых, композиционных. Природное естество проникает повсюду — в портрет, бытовой жанр, натюрморт, проявляется в этюдах обнаженной модели. В работах Сорокиной изображения предметов часто срезаны рамой, словно только пределы холста заставляют автора остановиться на одном мотиве, вычленить его из целого. Единство природной материи чувствуется повсюду, и голова барана с крутыми витками рогов изображена подобно рельефу земли, каменистой почве. Художник будто не видит разрушения, производимого временем, и пишет мертвых птиц на фоне цветущих деревьев. Они так естественно соединяются с пейзажем, что не производят впечатление «мертвой натуры».

Сорокина очень любит животных и часто их рисует, лепит и пишет. В ее изображениях есть особые качества, отличающие их от традиционных работ анималистического жанра. Являясь частицей природы, воплощаемой художником, животные в то же время, подобно людям, имеют «лицо» и характер. Они на равных правах входят в необычные двойные портреты Сорокиной: конюх и лошадь, мальчик и собаки. Когда художник пишет овечье стадо, то от плотной волнующейся массы почти всегда отделится баран и повернется так, что можно увидеть его «портретные» черты. В том чувстве, с которым художник пишет «бессловесную тварь», есть теплота и сострадание. Она помнит многие свои модели, может рассказать их «историю». Но ее сочувственное отношение лишено слащавости и сентиментальности. Наделяя животных выразительностью облика, подобной человеческой, художник остро воспринимает их природные свойства («Голова лошади», 1985; «Козлы», 1986). Метод художника — работа на натуре исключает подражательность. Она словно впитывает в себя природную энергию, позволяя ей свободно проявиться на холсте. Ее живопись изменчива и сложна, подобно живому организму. Главное в ней — цвет. Художник уплощает пространство своих картин, сообщая цвету наибольшую выразительность. Манера ее письма открыта; процесс создания картины —интуитивный и быстрый, на одном дыхании. В ее работе ощущается радость от соприкосновения с материалом— вязкой и податливой красочной массой и зернистой поверхностью холста. Волей художника краска то сгущается в пластические мазки, то делается жидкой и течет по поверхности, то уступает место чистому холсту. Теплые тянущие грунты становятся камертоном живописи и придают краске светоносность. Эта фактурная, излучающая свет поверхность будто создана согласно «основному закону зрения — активности, активного восприятия действительности в зрении» (П.А. Флоренский). Движение цвета, непрерывное и разнообразное, создает чувство трепетной живой жизни. Форма возникает из единого цветового потока («Обнаженная», 1986).

Кажется, что горы, земля, небо, вода в пейзажах художника созданы из живой ткани («Дорога в горах», 1970; «Голубые дороги», 1985). Движение густой материи создает впечатление столкновения тверди небесной и тверди земной.

В редких архитектурных мотивах строения вылеплены красочным рельефом, словно вырастают из земли («Данилов монастырь. Переславль-Залесский»; «Улица в Гурзуфе», оба —1986).

Начальные этапы работы над картиной, когда художник, захваченный натурой, пишет            «с размаха», уже содержат впечатление о целом. Работа начинается с рисунка цветными линиями, создающими впечатление красочного хаоса, а незакрашенный грунт звучит как цветной. В работах «Стрижка овец» (1975) и «Воспоминания о Крыме» (1985) взаимодействие цветных линий основных форм со всей изобразительной поверхностью оставляет впечатление монументальности.

Крым занимает особое место в судьбе Сорокиной. С 1924 года семья каждое лето приезжала в Коктебель, в дом М.А. Волошина, где всегда собиралось много гостей. По воспоминаниям художника, дети ловили рыбу с местными рыбаками, ездили верхом, гуляли с Александром Грином, который рассказывал увлекательные истории, а по вечерам вместе со взрослыми слушали стихи. Вольная полуголодная жизнь, атмосфера волошинского дома, наполненного искусством, первые творческие опыты, море — все это составило самые сильные впечатления детства и юности Натальи Тихоновны. Именно тогда Волошин по линиям руки предсказал ей будущность художника.

В Крыму написаны лучшие работы Сорокиной.

Художник часто обращается к одним и тем же мотивам, из них самый любимый — море. Пространство ее морских пейзажей динамично и напряженно. Она использует высокие точки зрения. За первым планом пространство обрывается, а затем уходит вверх. Переменчивое состояние моря требует от художника работы быстрой и энергичной. Сорокина пишет волнистыми прерывистыми мазками, фактура намеренно беспорядочна, в цвете воды художник находит множество оттенков («Море», 1975). Беспокойная манера письма, борьба теплых и холодных тонов рождает впечатление первозданной природной мощи. В то же время эта морская стихия разбивается о берег, скалы, крепость — горизонталь умеряется вертикалью. Помещая на первом плане ветку дерева, ограничивая пространство линией гор, полукругом спускающихся в море, художник делает пейзажный мотив соразмерным человеку.

В Крыму написаны работы, исполненные и самых бурных чувств, и самые спокойные, гармоничные, в которых взволнованное переживание уступает место внимательному проникновенному взгляду. В одной из лучших своих картин—«Натюрморте с рыбами» (1985) предметы — рыбы, птицы, корзина— свободно размещены в почти условном пространстве. Теплый цвет грунта, просвечивая сквозь голубоватые тона, создает светлую мерцающую среду, способствует ощущению природной поверхности, на которой словно выступила морская соль.

Искусство Сорокиной не только светло и радостно. Порой в ее работах звучат драматические ноты — в повышенной экспрессивности, в чрезмерных цветовых контрастах, в выборе модели для портрета, в избранном мотиве, как, например, в одной из последних картин Сорокиной «Натюрморт с черепами» (1987), где находит проявление новая грань ее творчества, дополняющая картину мира художника.

На фоне современной художественной жизни искусство Натальи Тихоновны Сорокиной самобытно. В нем нет тяготения к заданной условности, стремления к стилизации или к схематизму, столь частым в наши дни. Она продолжает традиции русской живописной культуры начала века, делая это естественно и самостоятельно.

 

Г. Лесина
(Опубликовано в Каталоге выставки «Наталья Тихоновна Сорокина. Живопись». Москва. 1988).

наверх