О Игоре Майорове

В середине 90-х мне довелось увидеть одну картину — городской пейзаж узнаваемого всеми Ленинграда (Санкт-Петербурга, Питера, что кому ближе). Казалось бы, ничего особенного, но картина притягивала, завораживала, не отпускала, а имя автора — Игорь Майоров — ничего не говорило. Тогда не было возможности что-то узнать об этом художнике. Это сейчас многие из нас не представляют своей жизни без интернета, с его помощью можно получить любую информацию — от энциклопедических сведений до погоды на завтра или расписания городского транспорта, не говоря уже об именах, странах и городах, научных достижениях и бытовых хитростях.

Не могу не отдать должное друзьям этого художника, рано ушедшего из жизни. Они проделали огромную работу: организовывали выставки его работ в Европе, привозили картины в Москву и искали площадки для выставок, встречались с журналистами, участвовали в публикации статей о нём самом и его творчестве.

Мне посчастливилось попасть на одну из выставок работ Игоря Майорова. И случилось то самое чудо, когда, взглянув на картину, понимаешь, что без неё уже не уйдёшь. Уже много позже, принимая активное участие в проведении нескольких выставок Майорова, я часто видела, как и с другими происходило такое же чудо. Когда человек, из любопытства заглянув на выставку, сначала просто дежурно осматривает все работы, а потом, подчиняясь неведомой силе, возвращается вновь и вновь к одной и той же картине. Как произошло и со мной — небольшой мостик, деревья, река, дома, светлое небо вдали и ничего больше. Но было в картине что-то необъяснимо манящее, что притягивает и чарует до сих пор. Первое, что я вижу, просыпаясь, — та самая работа Майорова.

С тех пор «тема» — творчество художника Игоря Майорова меня не отпускает и неудивительно, потому что возник огромный интерес к его личности, биографии и работам. Неоднократно я приобретала его работы на аукционах, выставках, в частных коллекциях. В итоге мною собрана большая коллекция работ этого необычайно талантливого мастера. Первая выставка из этих собранных работ состоялась в Москве в «Галерее Светланы Сажиной» в 2009 году. Уже больше десяти лет существует сайт vgal.ru, один из разделов которого посвящен Игорю Майорову.

Выставки его работ проводятся регулярно. На первой же персональной выставке в Вене в 1995 году работы не разошлись, а разлетелись по всему свету, были проданы все 800 (!) листов графики Майорова. Вот так оценили европейцы талант питерского художника!

Судьба «не хранила» его, скорее, испытывала на прочность — полученные им две судимости (в советское время!) сделали его политически неблагонадёжным, не просто прерывали творческий процесс, а ломали биографию, превращали его в изгоя. Первая судимость за «надругательство над портретом Ленина» — взятая на себя вина брата; вторая судимость — «за превышение самообороны». По законам советского времени наличие судимостей не давало возможности продолжать учёбу, получать работу, вступать в творческие союзы, участвовать в официальных творческих мероприятиях. Не было в его жизни своей мастерской, при жизни не было ни одной выставки, ни одного каталога, альбома, буклета. Но та же судьба и подарок сделала бесценный — его талант был замечен ещё в детстве и развивался во многом благодаря знакомству с Мариной Тиме-Блок, племянницей великого русского поэта А. Блока. М.Г. Тиме-Блок, талантливый художник, бравшая уроки по изобразительному искусству у Александра Бенуа, очень высоко ценила успехи своего лучшего ученика.

Совсем недавно на одной из выставок меня познакомили с дамой, галерея которой находится в самом центре Москвы. В её коллекции я увидела работы Анатолия Зверева. Как рассказывали друзья Майорова, с Анатолием Зверевым они были хорошо знакомы и нередко встречались. Упомянула о коллекции работ Майорова. В ответ — странная, если не сказать больше, фраза: «Не было такого художника! Не существовало!»

Такая реакция скорее развеселила, чем озадачила: «не знаю — значит, не было»... Что сказать? Для меня галерист в какой-то степени исследователь, который знакомится с творчеством художников, досконально изучает их работы, невольно проникает в детали биографии и т.д.

И ещё — на одной из выставок работ Игоря Майорова посетитель, внимательно осмотрев картины, с ещё большим вниманием стал всматриваться в фотографии самого Майорова, Майорова с другом, фотографии, сделанные мной в коммунальной квартире во время встречи с его матерью А.В. Майоровой. Внимательнейшим образом всё осмотрел, снял очки, повернулся ко мне и с удивлением спросил: «Так значит, Майоров — это не миф?»

Так был ли художник Игорь Майоров?

Желание побольше узнать о нём неоднократно приводило меня в Санкт-Петербург, обогатило не только новыми работами, но и знакомством с его близкими: матерью Анной Васильевной Майоровой, братом Сергеем Евгеньевичем Майоровым и с теми самыми друзьями, так много сделавшими для «открытия» художника широкому кругу публики.

Мне показалось интересным проследить жизнь и творчество Игоря Майорова по заголовкам статей о нём. Вот они:

«Жил-был художник один»
«Художник от бога»
«Был такой художник»
«Художник Игорь Майоров»
«Великий мистификатор»
«Целая фабрика шедевров»
«Ельцина с творчеством Майорова познакомил Ширак»
«И сказал Ширак Ельцину»
«И в невезенье этом, может, был счастлив я»
«Таможня тоже разбирается в живописи»
«На дне чемодана таможня разглядела национальную ценность»
«На дне чемодана лежали женщины Майорова»
«Таможня не даёт «добро»
«Миф о майоре»
«Последний романтик России»
«Питерский Зверев»
«Не ставьте мне кресты обид»
«Как художник Майоров работал художником Шиловым»
«Как Маккартни вручили орден»
«Ангел для Пола Маккартни»
«Так хочется жить»
«Он сам себя невольно пережил»

Каждый заголовок — отдельный сюжет: попытка вывезти за рубеж его работы (262 рисунка), пресечённая Пулковской таможней; история знакомства с его работами Жака Ширака, упомянувшего о Майорове на встрече с Ельциным, после чего началась «легализация» его работ; в шутку написанный портрет девушки «под Шилова» и выигранная за это бутылка водки; огромная, никогда не систематизированная и не каталогизированная коллекция его работ, о которой Лев Гумилёв сказал: «Игорёк один работает как целая фабрика шедевров»; история со второй судимостью, когда «не вмешаться он не мог»; и вручение Полу Маккартни работы Майорова, и многое, многое другое, о чём невозможно рассказать в небольшом формате статьи.

Такая короткая и непростая жизнь — повторение судеб многих творческих людей: работа вахтёром, сторожем и т.д., и овладение всеми видами техники живописца (карандаш, масло, акварель), невероятная работоспособность и «продуктивность», за сутки мог «накрасить» больше сотни акварелей. Мастерства достиг такого, что мог писать спичкой, щепкой, да просто пальцем; бумага, холст, картон, береста, фарфор. Когда не хватало бумаги, писал на обороте обоев, в моей коллекции есть и такие работы.

А ещё мастерское изготовление чеканки, освоенное, как ни странно, в колонии, и с этой стороной его творчества связана своя история. К 60-летию революции именно ему, зная о его виртуозном владении мастерством чеканки, поручили изготовить чеканное панно в 24 квадратных метра. На ВДНХ панно Майорова было удостоено Первой премии.

Он, как и многие, был «не выездным», но писал, в собственном воображении выстраивая пейзажи так и не увиденных им городов: Париж, Лондон. Писал, как дышал: свободно, фантазийно, раскованно, и другие города, и избушки, писал, как видело его воображение.

В силу сложившихся обстоятельств Майоров подписывать работы своим именем не мог, этим, в частности, объясняется разнообразие подписей на его работах — «MAYOR», «MORYA», «MAIOR», или просто буква M в кружочке...

 Мистификатором его называли ещё и потому, что он умел гениально исполнять работы в манере уже известных художников. Его творчество — это ещё и вариации, реминисценции на темы произведений М. Шагала, Е. Михнова-Войтенко, А. Тышлера.

Игорем Майоровым написаны пейзажи, портреты, жанровые сценки, иллюстрации к «Двенадцати стульям» И. Ильфа и Е. Петрова, «Мастеру и Маргарите» М.А. Булгакова, «Маленькому принцу» А. де Сент-Экзюпери, целые серии работ «Цветочницы», «Пьяницы», «Ночные бабочки».

Не случилось в его жизни, как в биографии Анатолия Зверева, «своего» Георгия Костаки — коллекционера, с любовью собиравшего работы Зверева, опекавшего его, знакомившего с иностранцами, охотно покупавшими работы художника, что способствовало его популярности. Да и жизнь оказалась такой короткой!

Она прервалась в 45 лет, но оставлено столько! Невозможно точно назвать количество написанных Игорем Майоровым работ. Из разных источников — 10000, 14000,15000 акварелей... Мало кто из художников ведёт точный учёт написанных работ, на то они и художники. А ещё — никем не собранное количество чеканки, холстов, написанные им стихотворения, и, кто знает, сколько и что ещё неизвестно нам, а уж последующим поколениям и подавно!

Многие работы находятся в частных коллекциях и не только в России. Его работы разлетелись по свету, хранились и хранятся в частных коллекциях Валентины Терешковой, Жака Ширака, Пола Маккартни, Никиты Михалкова, Михаила Горбачёва, Майи Плисецкой и Родиона Щедрина, Булата Окуджавы и многих, многих других.

Не могу отказать себе в удовольствии процитировать прекрасную статью «Блистательный Игорь Майоров» искусствоведа, члена Ассоциации искусствоведов М.Е. Дашковой: «Блистательный сплав художнических и человеческих увлечений, различных, но близких внутренне тенденций — это и есть художник Игорь Майоров (1946-1991). Петербургский аквалерист, живописец, чеканщик, пронизанный родными белыми ночами, когда вибрируют контуры и цвет, и серыми слякотными зимними вечерами, когда так холодно душе. Всё это Игорь Майоров, талантливо впитавший в себя и эстетику Ф.М. Достоевского и А. Блока; феерическое изящество импрессионистов, с их монпарнасской лёгкостью, и таинство кисти Сандро Боттичелли, безудержную свободу А. Зверева, и экспрессионистическую обострённость Э. Нольде».

Жил. Писал. Неистово работал. Страдал. Был.

Художник от Бога — Игорь Евгеньевич Майоров.

К сожалению, не могу не поделиться и своей горечью — всё больше и больше появляется работ «под Майорова». Из-за отсутствия какой-то систематизации невозможно создать подлинные коллекции его оригинальных работ.

Очень жаль, что не будет больше его новых работ, художник ушёл в 1991 году, не оставив, разумеется, ни каталога, ни реестров, ни списков своих работ.

На нашем сайте vgal.ru мы предупреждаем всех почитателей таланта Игоря Майорова, что работы должны иметь «Заключение о подлинности», и лучше всего, заключение прошлых лет, в противном случае, увы, можно приобрести подделку. 

Галерист-коллекционер Галина Зыкалина

наверх