Воспоминания Инессы Фильберт – дочери художника

«Есть художники, значение которых не ограничивается ценностью их произведений. Вокруг них как будто возникает, поле притяжения, которое привлекает к себе порой очень разных по взглядам и склонностям мастеров искусства». Эти слова искусствоведа Е. Вячеславовой – в полной мере можно отнести, к творческой деятельности Фильберта Вячеслава Александровича. Его творческое наследие не велико, но тем не менее высоко оценено земляками и соратниками.

Имя Вячеслава Фильберта связано с созданием организации союза художников Владимира.

1944 год был годом, когда В.А. Фильберт прикоснулся душой к красоте владимирской земли. Он называл поэтическими сказами её города. Предсказывал, что о каждом будут сделаны фильмы для того, чтобы все увидели прекрасные памятники зодчества. И это сбылось.

Я вспоминаю слова Вячеслава Александровича о том, что Владимирский край стал для него второй родиной. Первой – было Поволжье.

Вячеслав Александрович Фильберт родился в 1906 году на Волге, в посаде Дубовка Саратовской губернии, в семье промышленника. Отец его, Фильберт Александр Федорович, был из потомков немецких переселенцев, которых Петр I пригласил в Россию на бескрайние заволжские степи. Это были, в большинстве своем, мастеровые люди: каменщики, плотники, кузнецы, скотоводы. Добропорядочные, законопослушные, они своим трудолюбием и честностью заслужили уважение местных жителей. Немцы жили колонией, сохраняя язык, обычаи и нравы своей нации. Среди них был и наш предок –  Петр Фильберт – превосходный кузнец,ковавший лемеха к плугам, каминные решетки, хитроумные амбарные замки. Впоследствии он стал совладельцем фабрики, горчичного масла.

Детство свое Вячеслав Александрович провел в доме отца. Он не расставался с альбомом стихов и первых зарисовок. В юности увлекался поэзией. Много рисовал. Тогда в каждом доме была гитара. Молодежь лунными ночами, катаясь на лодках, распевала романсы.

С приходом революции всё кончилось. В гражданскую войну была сожжена и фабрика, и родительский дом. Семья перебралась в 1920 году в Царицын. Вячеслав остался с бабушкой в их, чудом уцелевшей небольшой усадьбе. Он продолжал учиться у своих гимназических учителей – ходил к ним домой, а в 1923 году юноша уехал в Царицын к родителям, чтобы учиться дальше. Там Вячеслав Александрович знакомится с художником Ильей Бирюковым, работы которого уже выставлялись. Он предложил юноше поступить на вечерние художественные курсы, которыми с 1921 года руководил известный живописец Николай Любимов, ученик И.С. Горюшкина-Сорокопудова, В.Е. Маковского.

В мастерской художественных курсов В. Фильберт писал портреты, пейзажи, эскизы декораций к театральным постановкам, сложные сюжетные произведения. Чуть позже на эти курсы он приведет своего брата Александра, который впоследствии станет одним из лучших художников Украины.

В 1929 году братья познакомились с Алексеем Максимовичем Горьким. Он посоветовал учиться дальше, пригласил приехать в Москву. Вячеславу давно хотелось поехать в столицу, побывать в музеях, посмотреть картины любимых художников в подлинниках. И мечты иногда сбываются.

 В 1929 году получив звание художника, после окончания художественных курсов Вячеслав с молодой женой приехал в Москву и остановился у своей крёстной, которая жила в одном из четырех домов, принадлежавшие Федору Шаляпину. Вячеслав и его жена Ольга близко познакомились с семьей певца, его женой Иолой и дочерьми. Молодых приняли радушно и сразу стали показывать Москву. Сначала – Третьяковскую галерею. Чтобы лучше узнать творчество русских художников, Вячеслав устроился с помощью Центрпосредрабис ИЗО в галерею на работу научным сотрудником. Скоро он уже водил экскурсии. И снова встреча с Горьким, Алексей Максимович дал свой адрес в Италии, в Сорренто, куда вскоре уехал лечиться.

Самоубийство Маяковского, чье творчество Вячеслав Александрович успел полюбить, потрясло художника и отозвалось болью в его собственном сердце.  После чего он с женой вернулся в Сталинград. Работал художником-оформителем в клубе водников. Встречался с художниками, поэтами.

В 1931 году родилась дочь, и семья уже потребовала большей ответственности Вячеслав Александрович начал работать в школе, преподавая вначале рисование, эатем, русский язык и литературу. Пишет в газету «Сталинградская правда» свои статьи о творчестве русских и советских художников, о культурных событиях города, публикует свои стихи.

В 30-е годы он поступил заочно, в институт имени Горького и перешел на педагогическую работу в учительский институт. Но в 1937 году, когда он, сдав очередную сессию, вернулся из Москвы домой, его ночью, не предъявляя никаких обвинений, увезли в тюрьму. НКВД сменило ГПУ. В то время много людей пострадало безвинно. А к тому времени у Вячеслава Александровича родился сын. Жена осталась одна с двумя крошками. Через девять месяцев художник вернулся совершенно другим человеком, и только тепло семьи, доброе отношение друзей, собственное самообладание через какое-то время вернули его к жизни, к работе и творчеству.

На очередной выставке экспонировались его работы: портреты Бетховена, Маяковского, Толстого, портрет дочери, выполненный пастелью. Манера письма напоминала мозаичные работы монументалистов и постимпрессионистов – пуантелизм.        

Вячеслав Александрович ездил на этюды за Волгу, много писал. Читал лекции о творчестве русских, западных и современных художников.

С 1939 г. В.А. Фильберт был избран председателем творческого союза художников Сталинграда. Преподает в школе, институте, заведует библиотекой. В это же время организуется Дом народного творчества, и вскоре он открывает первую выставку самодеятельных художников.

В художественном музее Волгограда есть стенд, посвященный творчеству Фильберта Вячеслава Александровича, где экспонируются его работы, и еще живут друзья –  художники, вспоминающие его с теплом и участием.

С первых дней Отечественной войны участвовал с ведущими художниками города в оформлении городских «Окон ТАСС».

Братья воевали, а Вячеслав Александрович, отец троих детей (перед войной родился третий ребенок – сын), был призван в армию в 1943 году в химические войска, его семью спасла сестра Екатерина, которая жила в той самой Дубовке, в доме бабушки. Дубовку немцы не взяли, но бомбили.

В 1944 году в Коврове, в пункте демобилизации воинов оказался и Вячеслав Александрович. Он был тяжело болен, и ему предложили в комиссии работу во Владимире, где началась кропотливая и многотрудная организационная работа, связанная с командировками по городам и весям Владимирщины, по организации союза советских художников. Он умел незаметно оказать помощь, поддержать, ободрить. Его знали артисты областного театра: Соломонов, Евдокимов, Нечаев, Орлов, Кашпур, Евстигнеев, Чеботарев. Встречался с Фатьяновым.

В коммунальной квартире соседи тогда жили дружно. Когда дети спали, В.А. на полу «творил», как он говорил, свои выношенные под сердцем произведения: «Татары у ворот Владимира», «Струги Разина на Волге», триптих «Пленные немцы в Сталинграде», этюды, пейзажи – впечатления, которые он привозил из командировок, портреты простых стариков и женщин, работников музеев, учителей, тех кого он встречал на дорогах, в селах, на вокзалах. Сюда приходили многочисленные письма от знакомых, друзей.

Вячеслав Александрович знакомился близко с работниками музеев. Они ему охотно помогали. В их запасниках он откроет работы И. Куликова – ученика И.Е. Репина, и напишет о нем монографию. Помимо своих сверстников и друзей: И. Преображенского, Ф.Н. Захарова, В.И. Маркелова, Д.И. Рохлина, М.М. Сахарова, С.М. Чеснокова Вячеслав Александрович отмечал и самобытные талантливые работы К. Бритова и В. Юкина и первым напишет о них монографии (1960 г., г. Ленинград, «Художники РСФСР»), как заявку на рождение новой владимирской школы живописцев.

Однако тучи над В.А. уже сгущались, кое-кому совсем не нравились его авторитет и влияние. Слишком часто бывал у  репрессированных, не писал портреты, вождей, не оформлял клубы. Тяжелейшим ударом было исключение из членов союза художников. Но отлучить от искусства его было нельзя. В.А. работал в Доме народного творчества. Опять длительные командировки, встречи, новые впечатления, которые отвлекали его от тягостных мыслей. Он был уже болен, еще не зная об этом.

Работа с самодеятельными художниками увенчалась интересной и обширной выставкой, к которой В.А. составил каталог.

Сюда на ул. Подбельского приходили мизерные гонорары за статьи, стихи и очерки, на которые В.А. покупал отложенную знакомой киоскершей (у Дома офицеров) полюбившуюся книжечку стихов то Б. Ахмадулиной, то Е. Евтушенко, то А. Вознесенского. С А. Вознесенским Вячеслав Александрович был знаком лично и хотел написать о нем воспоминания, но этому так и не удалось сбыться.

Он по прежнему посещалвыставки друзей, объединенных в союз художников, и не мог не отметить плеяду даровитой молодежи –  C. Потехина, А. Шаталова, Н. Мокрова, Ю. Жарова, которых знал еще по художественному училищу, и считал своими учениками, когда читал им историю искусств.

1964 год – хрущевская оттепель подарила Вячеславу Александровичу несколько спокойных лет жизни. Он подготовил свою первую персональную выставку. Правда, она прошла очень скромно в залах городской библиотеки. Всем были понятны его небольшие работы – очерки городов Владимирской области, строительство Владимира: эпизоды, эскизы, портреты, пейзажи. Его любили, помнили.

Старшая дочь В.А жила в Грузии, и к ней решились съездить супруги Фильберт (теперь – пенсионеры). В Грузии, в Тбилиси состоялась встреча братьев художников Фильбертов. Александр Александрович приехал из Луганска с другом в Тбилиси в творческую командировку. Свои впечатления о Грузии, этюды с радостью показывал старшему брату. Брат Александр уже заслуженный, уважаемый на Украине художник. Еще после окончания художественного института в Киеве его за дипломную работу приняли в Союз художников Украины. Тогда это была высокая честь. Теперь он имел много «маститых» учеников, как сам говорил.

В Тбилиси Вячеслав Александрович знакомился с литераторами, известными поэтами, его тепло принимали. Это было прекрасное время – гостеприимный город, необыкновенные горы, дочь, брат, внуки. Но, увы, жизнь уже подходит к концу, так paно…

Возвратившись во Владимир, Вячеслав Александрович читал лекции от общества охраны памятников архитектуры, общества по распространению научных и политических знаний, писал стихи, которые читали в тесном кругу на квартире у С. Павлова. Туда приходили старые друзья-литераторы.      

В 1968 году осенью состоялась последняя долгожданная поездка на родину в Дубовку, на Волгу. Вячеслав Александрович реку не узнал. Перерезанная плотиной, она разлилась в море, покрытое зелеными водорослями. В стихах, посвященных подруге детства, В.А. написал:

«Земля моя... Родная и чужая!
Я правый берёг даже не узнал.
Над шлюзами – птиц белокрылых стая,
В гранит колотит изумрудный вал...»

Последние годы В.А. работал над миниатюрами, размером с открытку, акварельными работами, рассылал их друзьям.

Высоко ценил эти миниатюры Сидоров А. – академик, заплатив В.А. за пару подаренных открыток «кучу денег», как выразился В.А. Вячеслав Александрович никогда не берег полюбившуюся кому-то свою вещь, как бы дорога она ему не была. С радостью дарил свои картины друзьям, знакомым, справедливо полагая, что лучше пусть будет у людей добрая память о нем, чем будут его работы забытыми на антресолях. Теперь его работ очень немного.    

В обществе по распространению научных и политических знаний В.А. заказана лекция «Ленин об изобразительном искусстве». Он уже пенсионер областного значения, но продолжает ездить в районы – Киржач, Суздаль и др. с лекциями, хотя здоровье уже подорвано. 6 февраля 1969 г. вернулся из Киржача, слег и больше не встал. Осталось командировочное удостоверение для поездки в Суздаль.

Инесса Вячеславовна Модестова – дочь художника

(Опубликовано в альбоме «Вячеслав Александрович Фильберт. Страницы жизни». Владимир. 2002. С. 10-14).

наверх